Вознесенский женский монастырь.
Построение его, по словам Мурзакевича, относится ко временам отнятия Смоленска у Литвы Василием Иоанновичем; но ни в актах, ни в летописях нет указаний на это время основания его. В первый раз упоминается о нём в 1660 году: в грамоте царя Феодора Алексеевича сказано, что в прошлом, 1660 году велено наместнику Смоленскому Репнину с товарищами, по челобитной игуменьи Ироиды Куракиной, переведённой в Смоленский монастырь из Кутеинского, давать на церковь по три пуда воску, по два ведра вина церковного, игуменье с сёстрами 350 рублей и 300 четвертей ржи. На основании этих слов необходимо допустить существование монастыря до XVII столетия. Если игуменья с монахинями, вскоре по возвращении Смоленска Алексеем Михайловичем, переведены в Вознесенский монастырь, значит он в это время уже существовал и даже не был разорён, иначе не для чего было переводить из Оршанского монастыря. В том же акте упоминается церковь в монастыре, которая существовала до 1660 года. Но как устройство православного монастыря нельзя относить ко времени польского владычества, то, по всей вероятности, он существовал до занятия Смоленска поляками. По словам автора истории Смоленска, в этом монастыре, при польском владычестве, помещён был иезуитский кляштор.
Потом, когда здесь опять устроился православный женский монастырь, вначале он был очень малолюден: число всех сестёр было не более пятнадцати. По преданию, записанному в документах этого монастыря под 1775 годом, игуменья Ироида Куракина воспитывала при себе дочь полковника Кирилла Нарышкина, бывшую впоследствии царицею и матерью Петра Великого, Наталью Кирилловну. По отнятии у иезуитов, первая игуменья этого монастыря была Ироида Куракина: она имела при себе в учении российской грамоте дочь бывшего полковника Кирилла Полуектовича Нарышкина, девицу Наталью Кирилловну Нарышкину, и по этому случаю означенный монастырь от Алексея Михайловича и Петра Великого награждён каменным строением, ризницею и пожалована вотчина. Это донесение написано со слов престарелой девяносто двухлетней старицы Серафимы Рыдванской. Немудрено, что имея в 1775 году девяносто два года, она могла быть современницею или, по крайней мере, близкою ко времени самого воспитания царицы; притом по родству с игуменьею Марфою Рыдванскою, современницею Петра Великого, она могла знать об этом от самих очевидцев. По крайней мере, отвергнув это известие, останется необъяснимым, почему больше всего этому монастырю постоянно оказывали милости Алексей Михайлович, потом Феодор, Иоанн и Пётр Алексеевичи.
Так, в грамоте Алексея Михайловича 1673 года велено давать на всякую старицу по три четверти и более, денег сколько доведётся по рассмотрению, чем им можно прокормиться. В другой грамоте стольнику Голицыну велено было прислать роспись церковному и колоколенному строению монастыря за рукою головы стрельцов Семёна Хвороста; в росписи написано: на церковное и колоколенное строение выдать сто семь рублей и двадцать алтын; и мы, великий государь, указали дать оные из нашей государственной казны.
В начале XVIII столетия благоустройству монастыря особенно содействовала игуменья Марфа Рыдванская. Во время пребывания Петра Великого в Смоленске в 1695 году, она из-за постороннего для неё дела стрельцов дерзнула ходатайствовать пред государем в самую грозную и опасную минуту: военный суд приговорил десятого из мятежников казнить смертию, а прочих наказать телесно. В назначенный день преступники собраны были из всего воеводства Смоленского и помещены на площади, которая доныне называется Сенною верхнего рынка. Кровавое действие должно было начаться, как скоро ординарец царя Измайлов сделает знак белым платком. В это время игуменья, укрепив себя усердною молитвою, отправилась к государю. Пётр, облокотясь на руку, сидел в глубоком размышлении. Игуменья, повергшись к ногам его, убеждала именем небесного милосердия смягчить гнев и пощадить виновных. Выслушав её, государь воскликнул: «Любезнейшая мать моя, ты отдала мир и покой моему сердцу». И тотчас приказал Измайлову объявить осуждённым, что Бог и государь дают им прощение. Толпа обратилась к окнам квартиры царя и огласила воздух криками восторга и благодарности. Государь, тронутый таким оборотом дела, предложил игуменье просить у него, чего она желает. Тогда, в знак милости, она просила его соорудить, вместо деревянной, клонившейся уже к разрушению, церкви, каменную. Государь начертал собственноручно план для двухэтажной церкви и велел выдать как сумму, так и материал, необходимый для этого.
В 1697 году, 10 августа, необыкновенная буря причинила много повреждений городским зданиям, в том числе Авраамиевскому, Троицкому и Вознесенскому монастырям. Пётр Великий, получив об этом донесение от воеводы Салтыкова, приказал прежде других зданий немедленно сделать поправки в крепостных сапнях, хлебных магазинах и в Вознесенском монастыре, оставив прочие казённые здания до другого времени — новый знак особенного внимания государя к этому монастырю. В 1712 году, по царскому указу, снова отпущены материалы, нужные для церковного строения: указ послан был на имя наместника Головина: вы бы велели в Смоленске сметить, буде в Вознесенском монастыре построить церковь каменную с трапезою, и на то строение железо и деревянных и каменных припасов.
По смерти Петра Великого, в 1728 году, повелено было в силу именного устного указа её величества благоверной государыни царицы Евдокии Феодоровны отпустить новые суммы на достройку церкви. Грамотами тех же царей обеспечено было и содержание монастыря: в 1660 году повелено было Репнину с товарищами, по челобитью девичья монастыря игуменьи в Смоленске, давать в церковь по три пуда воску, игуменье с сёстрами 360 рублей и 300 четвертей ржи. Потом, в 1678 году, били челом из Смоленска девичья монастыря игуменья Ироида с сёстрами: переведены они по царскому указу из Кутеинского женского монастыря в Смоленск, в Вознесенский девичий монастырь, и велено им, для их монастырской скудости, ржи и ячменю по три четверти, да денег на монастырскую потребу, да пшеницы на просфоры по одной четверти, а воеводы ту ругу дали им только ржи и ячменю 50 четвертей, и то всё гнило, которого служилые люди не взяли, да им это давало по 20 саженей дров, и ныне им не дано, и, будучи они без жалованья, во всякой нужде в конец погибают. Царь предписал воеводам: ныне, как вам сия наша грамота придёт, и вы бы Вознесенскому девичьему монастырю с сёстрами, 49-ю старицами, учинили наше жалованье: старице по 2 рубля денег, и по 3 четверти ржи, на вино, свечи и ладан, что прежде давано. В указе 1728 года велено за два года выдать 430 рублей, да за хлеб 497 рублей.
Кроме руги или жалованья, разными грамотами отведены были для монастыря пустоши: Спасение луга в Смоленском уезде, Дубровинском стане, по указу Феодора Алексеевича 7188 года; в Долгомостьевском стане пустошь под сенные покосы, по грамоте Алексея Михайловича 7177 года; пустошь Чистяки в том же стане, вероятно, издавна принадлежала этому монастырю, потому что в 1688 году она возвращена была, а не вновь пожалована.
Во время путешествия императрицы Екатерины II, в 1787 году, высочайше пожертвовано было этому монастырю 1000 рублей; на эту сумму устроен, в память благотворительницы, другой престол в нижней церкви во имя великомученицы Екатерины. Впоследствии иждивением одной благочестивой смоленской помещицы устроен в той же церкви третий престол, во имя Сретения, перенесённый сюда из больничной церкви за ветхостью её; а когда старанием той же помещицы была и больничная церковь обновлена, в ней освящён престол во имя Печерской Божией Матери.
В бедственный 1812 год монастырь был разграблен и опустошён, деревянные здания его — больничная церковь и кельи — были преданы пламени, а в каменной её церкви дорогие оклады с икон, ризница, напрестольная одежда были похищены. В таком печальном виде нашли монастырь игуменья с сёстрами, возвратившись туда после французов; не желая оставить своей прежней обители, они решились поместиться в обгорелых кельях, оправив их, сколько позволяли им средства. В то же время обратились с просьбою к жителям Смоленска, и на доброхотные пожертвования их, по крайней мере, приобрели средства к жизни. Вскоре, по ходатайству бывшего тогда преосвященного смоленского Иринея и после ревизии, произведённой членом Синода Феофилактом, архиепископом рязанским, отпущено на поправку монастыря из казённых сумм 17 481 рубль. На эту сумму бывшая тогда игуменья Елисавета Шебекина, при усердном содействии некоторых инокинь, приступила к возобновлению и исправлению монастырских зданий, привела в порядок церковь, приобрела ризницу, церковную утварь и всё нужное для богослужения.
При всём том до 1830 года монастырь не мог загладить следов разрушения. В это время бывшие инокини этого монастыря, княжны Ширинские-Шихматовы, обновили и украсили соборную церковь; в 1840 году отделан Екатерининский придел её, пришедший в ветхость от времени, устроена новая церковь над главными монастырскими воротами во имя Ахтырской Божией Матери, восстановлена общая трапеза, и в самой жизни инокинь улучшен порядок.
Священные вещи и древности монастыря.
Из священных вещей, принадлежащих этому монастырю, замечательны:
- Напрестольный серебряный крест, обложенный жемчугом, Евангелие, потир, кадило также серебряные, в два фунта весом, и годовой круг богослужебных книг — всё это подарено царями Иоанном и Петром Алексеевичами. Евангелие отпечатано в 1688 году со следующею подписью: 7203 года, января в 25-й день, великие государи цари и великие князи Иоанн Алексеевич и Пётр Алексеевич, всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцы, пожаловали в отчину свою, город Смоленск, в Вознесенский девичий монастырь, сию книгу святое Евангелие при игуменье Евпраксии Потемкиной. Надпись на кресте: 7203 года, января в 25-й день, по указу великих государей, сей крест в Смоленский Вознесенский девичий монастырь с частицами мощей Андрея Первозванного, архидиакона Стефана, Пантелеймона, Меркурия и Феодора Стратилата. Надпись на потире: 7203 года, января в 25-й день, при Иоанне и Петре Алексеевичах в Вознесенский девичий монастырь. Такая же надпись вокруг кадила. На богослужебных книгах такие же подписи и того же года; они печатаны в 1686 году.
- Ирмологий, писанный полууставом 1648 года инокинями Оршанского Кутеинского монастыря и привезённый сюда игуменьею Ироидою. На ирмологии надпись: ирмологий, писанный в общежительном Кутеинском монастыре при игуменье Мелании Ярчаковне 1548 года.
Постройки и современное состояние монастыря.
Из старинных построек в этом монастыре сохранились следы тайника, имеющего два направления: одно обращено к стороне собора, другое вниз к Днепру; при входе в то и другое отделение — железные двери; они находятся под монастырскими амбарами.
В настоящее время монастырь имеет две отдельно стоящие церкви: одну главную, в два этажа, в верхнем — престол в память Вознесения Господня, в нижнем — во имя Сергия Радонежского, с двумя приделами во имя великомученицы Екатерины и Сретения Господня. Другая церковь — над монастырскими воротами во имя Ахтырской Божией Матери. При соборной церкви каменная колокольня. Кельи инокинь, в неправильном порядке отстроенные, все деревянные на каменных фундаментах, не исключая и келий игуменьи монастыря.
Кроме игуменьи, мантейных монахинь в этом монастыре 23, прочих рясофорных послушниц и простых 150, всех 173. Для богослужения в монастыре положено два причта. На содержание монастыря, на жалованье священно-церковнослужителям, на починку церкви и прочих монастырских зданий получается от казны 243 рубля 45 копеек; кроме того, ему принадлежат следующие угодья: одно в 35 верстах от города, в селе Спасо-Вердилицах, где устроены две мельницы на реке Вопце, из которых получается в год более 40 четвертей; другое в 7 верстах от города, в деревне Чернушках, и состоит из 30 десятин сенокосной земли; третье, недавно, в 1742 году, пожаловано в Краснинском уезде — дача лесная и луговая в 120 десятин. В городе ему принадлежат два дома на Вознесенской улице.
Смежно с монастырём, у северной стороны его ограды, и на земле, принадлежащей монастырю, помещается училище для девиц духовного звания. Оно устроено старанием бывшего архиепископа Тимофея, и как основание его, так и дальнейшее существование единственно зависит от сумм, собранных из доброхотных пожертвований. Смотрительницею в нём одна из сестёр монастыря, а число всех воспитанниц, за теснотою дома, не простирается выше 60.
Игуменьи монастыря: Ироида Куракина, Евпраксия, Памфилия, Олимпиада, Марфа Рыдванская, Иннокентия Кельпицкая (переведённая в московский Новодевичий монастырь), Памфилия Засуличева, Аполлинария Денисовичева, Серафима Гедеонова, Елисавета Шебекина, Олимпиада Лекс.
Трофимовский Н.В. Историко-статистическое описание Смоленской епархии. — Санкт-Петербург : тип. журн. «Странник», 1864.
Фото. № 1 Belliy с сайта ВикипедиЯ
