«Русь уходящая» – так советский художник Павел Корин некогда назвал свою картину. На ней были изображены в стенах Кремлевского Успенского собора монахи, священники, архиереи, отдельные миряне – такие колоритные типажи дореволюционной Церкви, которые теперь, казалось бы, навсегда должны были сойти со сцены, чтобы уступить место новой, советской России. «Последний парад осужденных историей на небытие» – такой приговор вынесло картине советское искусствоведение (выражение Г. Васильева). Им предстояло сгинуть в Соловках или, на худой конец, пойти в счетоводы. Прошло чуть более полувека, и все опять переменилось: со сцены сошли как раз коммунисты-временщики, соборы были возвращены Церкви, и теперь на каждый праздник телевидение показывает богослужения в переполненных и богато украшенных храмах… Но не…

О старце Косме Смирнове; о старце Серафиме Тяпочкине; о. Павле Груздеве. Есть такие москвичи, которые летом ездят в Латвию. Например, наша семья. Многие отправляются отдыхать на рижское взморье, кто-то навещает родственников и друзей. Но не все едут по обычным туристским маршрутам. Есть тонкий, но постоянный ручеек людей, который течет в Карсаву – маленький городок на самой российско-латвийской границе, если ехать со стороны Пскова. Некоторым не хватает на билеты, и они едут до последней российской станции, пешком переходят границу и садятся на местный автобус. Впрочем, едут не только москвичи – мне рассказывали, как однажды на таком пешем переходе пожилая женщина сразила пограничников, предъявив им французский паспорт. Приезжают люди из разных городов…